Главный редактор издательства «Новое литературное обозрение» Ирина Прохорова и профессор Кирилл Соловьёв прослеживают историю появления Государственной думы, чтобы понять, как мечта о конституционном порядке стала реальностью и что из этого получилось
: Добрый вечер, дорогие друзья! Мы завершаем наши июньские «Диалоги», и традиционно делаем завершающий разговор вместе с издательством «Новое литературное обозрение». С представлю главного редактора этого издательства — замечательная Ирина Дмитриевна Прохорова. И постоянный теперь уже автор этого издательства профессор Кирилл Андреевич Соловьёв.
Честно говоря, мы прекрасно понимаем, что не найдется, наверное, ни одного человека, не считая самих депутатов, кто сказал бы какое-нибудь доброе слово о современной Государственной Думе. Большое количество всяких шуточек, оговорок и так далее, но тем не менее современный парламентаризм со всей его проблематикой волей-неволей настраивает на разговор об истории вообще.
Если хотите, одержало верх общество. Общество, конечно, не в том смысле, что социум, а общество как образованное меньшинство, которое, правда, на протяжении XIX века становилось всё больше-больше в численности. И не только в численности, оно качественно менялось. Но это общество ещё с начала XIX века ставит вопрос о возможности Конституции.
Сергей Николаевич Трубецкой, известный философ, профессор Московского университета впоследствии ректор университета, но ещё будучи ребенком, тоже пишет Конституцию. Или говорили так: «Необходимо достроить здание. России нужен купол, и он увенчает государственное здание, строившееся столетие». Имелась в виду, опять же, Конституция.
А с другой стороны стояли представители сановного мира — министры, члены Государственного совета, сенаторы в мундирах, полагающихся им. Рядом — их дамы в драгоценностях. Пока, естественно, они рядом с императором, император должен произнести приветственное слово. И уже толпа стоит у Таврического дворца, и некоторых депутатов буквально выносит в это здание. И вот начинается заседание, в том числе с выступления тогдашнего лидера освободительного движения, как это говорилось, Ивана Ильича Петрункевича, который практически вскакивает на трибуну и действительно говорит о необходимости политической амнистии, о которой совсем недавно напоминали им заключённые «Крестов».
Настроения были, пожалуй, чересчур завышенными тогда в 1906 году и заниженными потом впоследствии. Однако, важно другое. Важно то, что заработали те механизмы, которые ввели в жизнь институты, прежде никогда в России не функционировавшие. Вместе с Государственной Думой возникли такие важные институты, как свободная печать, которая не подлежала предварительной цензуре. В России этого прежде не было, эта практикой вводится, по сути дела, впервые.
И там ведь был спор, как теперь его называть? Слово «неограниченная» уже нельзя было употреблять, но слово «самодержец» оставалось, да? И это двойственная ситуация — с одной стороны, основные рычаги власти у него остаются, но чуть-чуть ущемлённые, он переживает и считает, что это предательство всей великой традиции самодержцев.
Не совсем. Потому что, когда вы выбираете выборщика в США, причём речь идёт о выборах президента, то вы знаете, за кого проголосует республиканец или демократ. А тут вы не могли быть в полной мере уверены, кто за кого проголосует, потому что никто обязательств на себя в этом смысле не брал. Партийная система в России только складывается, устойчивой партийной системы нет. Очень часто выборы многоступенчатые, для вас это будет непредсказуемо.
И поэтому Петр Николаевич Дурново, который в это время как раз был министром внутренних дел, дал указание: в выборы вмешиваться минимально, а лучше не вмешиваться совсем. И когда ему приносили список выборщиков, а потом список депутатов, он кивал головой и говорил: «Замечательно! Очень подходящий состав». То есть это соответствовало его первоначальному видению. Это во-первых.
И поэтому Первая Дума, ещё имея в виду победу в городах кадетов, то есть представителей леволиберального движения, оказалась сугубо оппозиционной вопреки всем ожиданиям и настроениям изначальным властей. Правительство поняло, осознало проблему. У вас там есть замечательная история про крестьян, которые, конечно, плохо себе представляли, как функционирует Дума, и многие искренне полагали, что они будут вместе с царем пить чай и обсуждать проблему земли.
В Первой Думе были учёные с мировым именем. Владимир Дмитриевич Набоков, сын министра юстиции, отец известного писателя, который вместе с тем был и сам известным юристом. Максим Максимович Ковалевский, Лев Иосифович Петражицкий, Габриэль Феликсович Шершеневич — это всё юристы с мировым именем, очень известные, учёные. Они тоже обладали нулевым, по сути дела, парламентским опытом.
Но проблема в том, что помещики не очень любили являться на выборы. Абсентеизм, то есть отсутствие на выборах был поразительный. На выборы могло являться 3, 4, 5 процентов от помещиков, которые были в списке избирателей, то есть абсолютное большинство не являлось. И в этих обстоятельствах правительство решило воспользоваться таким ресурсом, как священнослужители, потому что священнослужители голосовали по землевладельческой курии.
И вроде бы всё шло по соответствующему сценарию, но вдруг среди священнослужителей прошел слух, что их архиерея, епископа Митрофана переводят в другую епархию. И они почувствовали свободу. И в этот момент, когда они узнали, что теперь он над ними не начальник, они начали голосовать не с правыми, как это изначально полагалось, а с левыми — вопреки всем возможным ожиданиям.
Но я так понимаю, что это было намного сложнее, чем в современной ситуации. И, в общем, было колоссальное разнообразие выборов. Антиправительственное большинство складывается в Первой Думе, Второй Думе и даже в Четвёртой Думе. А стабильного проправительственного большинства нет ни в одной из них, и это очень характерно. Отдельно, может быть, вы потом расскажете, как разгоняли Первую Думу и про Выборгское воззвание, когда депутаты пытались как-то возмутиться. Но правительство тоже училось с каждой Думой. Изначально всё-таки выборы не были прямыми и всеобщими.
К. Соловьёв: Мне кажется, что тут надо поставить вопрос в двух плоскостях. Первый — это сугубо правовой. Формальный, скучный, но это важный момент. С формальной точки зрения Дума обладала законодательной, подчеркиваю, законодательной властью. Её голос был решающий при принятии законов, на то была 86-я статья основных законов. За исключением двух вопросов, на которые Дума влиять не могла. Ну, трёх.
И мы видим, как за счет того, что эта Дума существует, увеличиваются, например, субсидии на образование, — существенно увеличиваются, более, чем в два раза. А если мы берём, скажем, начальную школу, то тут увеличение будет в разы. Почему? Потому что для земства это принципиальный вопрос, это то, ради чего земство в огромной степени и существует. И теперь земцы, оказавшись в Думе, реализуют эти положения.
То есть в силу обстоятельств у Думы расширяются полномочия, и это происходит в огромной степени вопреки основным законам и изначальному замыслу законодателя. Хотя все и говорят, что в сослагательном наклонении истории не бывает, но сейчас считают, что бывает.
Но благодаря этим кризисам происходило становление политической системы. И я полагаю, что этот новый кризис, который должен был привести к новым изменениям, предполагался, он был заложен в самой системе. Дело в том, что в 1908-1909 году был аналогичный кризис, очень схожий, внешнеполитический. Этот кризис связан с аннексией Австро-Венгрией Боснии и Герцеговины. Они контролировались Австро-Венгрией раньше, теперь, в огромной степени с подачи России, Австро-Венгрия аннексирует эту территорию. И тогда многие представители русского общества говорили: «Надо начинать войну, потому что обижены наши братья-славяне.
Как начинают складываться протопартии? С одной стороны, из учебников все знали: вот были кадеты, вот были октябристы, эти — монархисты, чёрная сотня, черносотенцы и так далее. Но, как вы описываете, это действительно такие протопартии, которые реально не имели настоящей партийной структуры.
Но самое важное, на мой взгляд, следующее. Политические партии в России, возникающие в огромной степени к 1905 году, отвечают на вызов первой русской революции. Они так или иначе являются по-разному революционными. Одни являются революционерами напрямую, они так себя и заявляют. Другие, как, скажем, кадеты, выступают за особую революцию, такую кадетскую революцию, революцию в головах людей, революцию правосознания. Но тоже революция на самом деле. Третьи борются с этой революцией.
Россия Последние новости, Россия Последние новости
Similar News:Вы также можете прочитать подобные новости, которые мы собрали из других источников новостей
«Депортиво» классно представил форму и слоган: куча исторических отсылок и толстые горизонтальные полоски«Депортиво» классно представил форму с кучей исторических отсылок и новый слоган. Тут – история Испании в паре предложений: Презентация была отсылкой к Англо-испанской войне XVI – XVII веков:
Прочитайте больше »
«Есть такая и такая»: как педофил свел Трампа с МеланьейДело влиятельного финансиста Джеффри Эпштейна, против которого в США вновь открыли дело о развращении несовершеннолетних и сутенерстве, заставило американские и британские СМИ вновь вспомнить о том, что он водил дружбу с такими влиятельными людьми, как Дональд Трамп и герцог Йоркский. В 2016 году Эпштейн утверждал, что именно он познакомил Трампа с будущей женой. «Газета.Ru» — о первой встрече Дональда и Меланьи.
Прочитайте больше »
В ООН рассказали о масштабе лесных пожаров в Сибири и на Аляске в этом годуБеспрецедентное число лесных пожаров охватило с начала лета арктическую часть Аляски и Сибири – сгорела площадь в 100 тысяч футбольных полей, выброс углекислого РИА Новости, 12.07.2019
Прочитайте больше »